Версия для слабовидящих

Стихи и рассказы о войне!



  Уважаемые жители МО Большая Охта!

С целью популяризации военно-патриотических авторских стихов и поддержания интереса подрастающего поколения к российской истории и роли России в мировом историческом процессе, а так же для формирования у жителей округа активной гражданской позиции в приемную муниципального Совета, расположенного по адресу: ул. Тарасова, д.9, каб.1.1, принимаются тексты стихотворений и прозы собственного сочинения жителей МО Большая Охта, посвящённых Великой Отечественной войне.

Каждый автор может предоставить желаемое количество произведений (в печатном, рукописном или электроном формате). Электронная почта для предоставления литературных произведений: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

с пометкой: «Стихи о Войне»,

с биографией автора и его контактной информацией.

          МО Большая Охта считает необходимой возможность поддержки таланта творческих и одаренных людей, поэтов, писателей путем донесения стихотворных строк и прозы до всех жителей нашего района.

          Лучшие работы будут опубликованы на страницах муниципальной газеты «Большая Охта», а так же размещены на официальном сайте муниципального образования Большая Охта bohta.spb.ru, большаяохта.рф

 

Дополнительная информация по тел: (812) 224-15-31



Твой дед

На письменном столе стоит портрет

На снимке этом, Мишенька, твой дед.

Красивый был он, да и молодой.

В сознании моем он как святой.

Давно то было, далеки года.

Но не забыть мне все же никогда,

Что был он жизнерадостный, простой

И отличался щедрой добротой.

Он на гитаре здорово играл

А русского так лихо танцевал,

Что зажигал весельем всё вокруг.

Он многим был товарищ, брат и друг.

Как на работу мы идем сейчас.

Ушел как-будто бы всего на час.

Комок, что к горлу подступил, глотнул

И молча он тогда в войну шагнул.

Ребенком я, дошкольником была

И очень крепко по утрам спала.

Не слышала, когда ушел отец.

Тут детству моему настал конец.

«Под Ленинградом вороны-враги.

«Мария, дочку нашу береги».

Так часто с фронта он писал жене.

Об этом думал даже и во сне.

А бомбы с неба сыпались как град.

Но зубы крепко стиснул Ленинград.

Стоял голодный он, полуживой.

Голодный, гордый, как стена, прямой.

Тесней сжимает города лицо

Зловещее блокадное кольцо.

Все ýже, беспощаднее оно.

Еще не скоро будет прорвано.

Пройдет не скоро в городе трамвай.

Не скоро в Ленинграде будет май.

Не скоро он опомнится от ран,

Не скоро стихнет горя океан.

Не растерялся город ни на миг.

Никто не слышал вопль его, иль крик.

В добро поверил он, в победу, свет.

Врагу сказал решительное «нет!»

А дальше вижу ясно, как в кино.

Хоть было это очень уж давно…

Мы в госпиталь к отцу идем, спешим,

Мы встречи ждем, волнуемся, бежим.

Вот вижу-в ногу ранили его:

Его шинель и больше ничего.

Стою,не двигаюсь,совсем нет сил.

Мне слово ноги кто-то подкосил.

К шинели прислонилась я щекой.

Теплее стало и в груди покой.

Из банки вместе вкусный винегрет

Одною ложкой ели на обед.

А хлеб мы разделили пополам.

Так хорошо в тот вечер было нам,

Что не мешал, хоть был над головой

Немецкий черных самолетов вой.

Промчались годы и победы час

Пробил как гимн для каждого из нас.

Здесь слезы счастья, музыка и смех

В сердцах, на лицах, на глазах у всех.

Война затихла, кончилась, потом

Солдаты возвращались в каждый дом.

Кто раненный, кто целый, кто какой.

Усталые вернулись на покой.

Как больно было сознавать, поверь,

Что не дождались стука в нашу дверь.

Отец не возвратился с фронта, нет.

О нем на память есть у нас портрет.

НАПИСАЛА: Дмитриева Елена Александровна своему отцу, который ушел на фронт добровольцем, Дмитриеву Александру Дмитриевичу

 


О Блокадных днях...

Что я помню о Войне?

 Детство страшное – блокада,

 Голод – день и ночь во мне,

 Темнота и холод рядом.

 Бомбы, грохот за окном,

 Стекол выбитых паденье,

 Сестры спят уж вечным сном,

 Вместо хлеба – сновиденья.

 

Тяжела была война, мать устала и больна,

 Бабушка ушла - так рано,

 Ей было только 50,

 Она не ела пайку хлеба,

 Оставив это для внучат.

 Казалось, солнце не взойдет,

 Навеки ночь – в домах застывших,

И жуткий голод – не пройдет,

И горе дней – потери близких.

 

Проклинаю ту войну,

Детство жуткое такое,

 Горе, смерть, ненастье…

 Я за мир, за тишину,

 За семью, за счастье!

 Русакова Ирина Александровна


*ВОСПОМИНАНИЯ ФРОНТОВИКА*

 от Белгорода до Берлина

             В декабре 1942 года я был призван в Советскую Армию и направлен в военно-пехотное офицерское училище. Однако, на фронте необходимы были людские резервы и мы, не окончив училище, в конце июля 1943 года в курсантских погонах были направлены на фронт.

             В районе Белгорода мы пополнили 572-й полк, который вел наступательные бои. После артиллерийской подготовки мы в сопровождении танков шли в атаку. Немцы яростно сопротивлялись, но отступали на ранее подготовленные позиции. И так каждый день.

             В одном из боев я был ранен и оказался в полевом госпитале. После выздоровления я был направлен для дальнейшего прохождения службы в 441-й стрелковый полк, который вел наступательные бои по расширению плацдарма за Днепром в районе города Кременчуга. В этих боях я был снова ранен.

             По выздоровлению был распределен на службу в 97-ю артиллерийскую бригаду. В составе этой бригады я участвовал в боях по окружению и уничтожению Корсунь-Шевченской немецкой группировки, состоящей из 10 дивизий. Затем участвовал в преследовании врага, бригада освобождала Молдавию и вступила на территорию Румынии, где вела оборонительные бои. 20 августа 1944 года началась мощная артиллерийская подготовка по позициям немцев и румын. С наблюдательного пункта, откуда мы корректировали огонь своей батареи, был виден огромный урон, наносимый противнику. Более часа продолжалась артподготовка, затем двинулись танки и пехота. Румынские войска начали сдаваться и, как известно, через 4 дня Румыния объявила войну своим бывшим союзникам - Германии. Однако, немцы упорно сопротивлялись и оказались в окружении. Наша бригада принимала активное участие в уничтожении окруженной Ясско-Кишеневской группировки в составе 22 немецких дивизий.

             После небольшого отдыха нас перебросили под Варшаву, где мы вели оборонительные бои.

             14 января 1945 года началась Висло-Одерская операция. В течение 2 часов наша батарея участвовала в артиллерийской подготовке. Десятки тысяч снарядов со всех видов артиллерии, в том числе и "Катюши", обрушились на головы врага. С наблюдательного пункта было видно, как вместе с комьями земли взлетали вверх блиндажи, пушки и пулеметы. Как только огонь артиллерии был перенесен вглубь немецкой обороны, пехота в сопровождении танков ринулась в атаку, а за ней пошли и мы, корректируя огонь своих орудий. Развернулись бои преследования. Так началась Висло-Одерская операция.

             Совместно с пехотой и танками мы, артиллеристы, с утра до вечера шли по пятам противника, не давая ему передышки, и через 12 дней вступили на территорию фашистской Германии, а еще через несколько дней оказались на берегу реки Одер, откуда до Берлина оставалось 60 километров. На противоположном берегу реки наши войска захватили плацдарм и наша артиллерия сильным огнем предотвращала попытку немцев сбросить в реку наших солдат. Закрепившись на занятых позициях, наши войска перешли к обороне, накапливая силы для наступления на Берлин.

             Такое наступление началось 16 апреля.

             Артиллерийская подготовка началась задолго до рассвета и застала немцев врасплох. Тридцать минут артиллерийского огня, которого не знала многовековая история войн, тут же - мощные удары с воздуха.

             С наблюдательного пункта мы видели, что на позициях немцев полыхало море огня. Через 30 минут в воздух взвилась ракета - сигнал к атаке. Одновременно вспыхнули десятки прожекторов, ослепляя немцев и освещая путь нашей пехоте и танкам. К рассвету наши войска захватили первую линию обороны и двинулись дальше, следом шли мы, корректируя огонь нашей батареи.

             Гитлеровцы отчаянно сопротивлялись, но ничто не могло остановить наше желание добить фашистского зверя в его собственной берлоге , то есть, в Берлине.

             20 апреля 1945 года мы вступили в предместье Берлина. Наступила весна, кругом цвели сады. Бои носили исключительно ожесточенный характер. Наши пушки разрушали вражеские укрепления, а таковые были в каждом доме. Затем шла пехота, добивая оставшихся в живых гитлеровцев. Наши войска прилагали огромные усилия, чтобы выбивать немцев из укреплений, последовательно отвоевывать дом за домом, квартал за кварталом, двигаясь к центру фашистского логова.

             В поисках укрывшихся вражеских солдат мы заходили в сохранившиеся дома, в том числе, подвалы, где находилось мирное население: старики, женщины, дети. При нашем появлении у них на лицах мы видели животный страх, под воздействием геббелевской пропаганды они полагали, что русские их будут убивать, как это делали фашисты. Однако, не таков советский солдат. Мы не только не позволяли насилие в отношении мирного населения, но и не стреляли в сдававшихся немецких солдат, хотя мы видели на своем пути зверства фашистов на нашей земле. Кстати, когда мы вступили на территорию Германии, то вплоть до реки Одер видели безлюдные поселки. Всё население, боясь возмездия, бежало вглубь страны. Эти поселки и земли после войны были переданы полякам, которые, вместо благодарности за освобождение от фашистской оккупации, при которой погибло около 600 000,00 наших воинов, стали называть нас оккупантами.

             Но вернемся в Берлин. 1 мая нам было объявлено, что немцам предложена капитуляция, и, если они не сдадутся,то русские войска должны приступить к решительному штурму. Мы находились в разрушенном доме, пушки укрыты за баррикадой. Наступило солнечное утро 2 мая 1945 года. Необычная тишина поразила нас. И вдруг мы увидели, как со стороны противника появились белые флаги. Вслед за этим колонны безоружных немцев двинулись в нашу сторону. Началась капитуляция. Так закончилась полным поражением фашистов битва за Берлин.

             3 мая наша бригада выехала на запад и больше в боях не участвовала.

             День Победы мы встретили в районе реки Эльбы. Было непривычно радостно: наконец-то не надо подниматься в атаку, штурмовать укрепления, не нужно опасаться пуль, снарядов , бомб и мин.

            В октябре 1945 года я, как имеющий три ранения, был демобилизован и прибыл в Ленинград. Военкоматом был направлен на работу в Управление уголовного розыска города. Впереди была нелегкая работа по борьбе с уголовной преступностью.

 За участие в боях я был награжден орденами:

 Славы 3-й степени, Отечественной войны 1-й степени; медалями: "За отвагу", "За боевые заслуги", "За оборону Ленинграда" (за участие в оборонных работах), "За освобождение Варшавы", "За взятие Берлина", и др. Кроме того, все воины нашей бригады получили по 13 благодарностей от Верховного Главнокомандующего И.В.Сталина за освобождение и взятие крупных городов на Украине, в Румынии Дольше и Германии.

            Неутомим бег времени. Но не уходит память о Великой Отечественной войне, о наших советских людях, с оружием в руках отстоявших Родину от фашистов. Священная память о погибших на войне, о тружениках тыла, о переживших блокаду Ленинграда в день 70-летия со дня Победы навсегда сохранится в наших сердцах.

 

Иванов Федор Иванович,

  полковник милиции в отставке,

 участник Великой Отечественной Войны,

 житель Большой Охты


Фронтовой блокнот

(Реквием деду)

Я прадеда блокнот листаю фронтовой

К страница желтым пальцы прижимая,

Как мне понять годины той лихой

Страданье, горе, слезы расставаний.

 

Как мне понять, что смерть на волоске

Над прадедом висела черной тенью,

Что рана рваная от пули на виске

Всем говорила, чей он был мишенью…

 

Как мне прорваться через толщу лет,

Сестрою оказаться в медсанбате.

Ты подожди еще немного, дед –

Я отыщу тебя, поверь, в любой палате.

 

Со всех сторон о помощи кричат

Израненные, юные солдаты,

Родную мать зовут, оставленных девчат,

Повязки рвут, ругают фрицев матом.

 

А сколько их, сраженных наповал,

Земля в объятья приняла навеки.

Страницы памяти мой взор листал, листал

Из жизни дорогого человека.

 

Я в майский праздник к прадеду приду

К гранитному святому обелиску,

Рукой по шраму нежно проведу

И поклонюсь герою низко, низко.

Марина Ковалевская,

Учащаяся 10го класса школы № 133

с углубленным изучением иностранных языков

Красногвардейского района


              У меня большое Горе!

            30 марта 2014 г. умер мой муж - Уткин Владимир Константинович, хороший необыкновенный человек. Нет таких хороших человеческих качеств, которые не принадлежали бы ему!

 

              Я опишу Вам его жизнь, и если Вы как-то отразите мною написанное: творческую честную жизнь моего мужа, прожившего в нашем районе более 60-ти лет, я буду Вам очень благодарна. Пусть молодежь нашего района знает, какие люди жили и живут в нашем районе, и берет с них пример.

            Мой муж родился в селе Обвал Белинского района, Пензенской области. Во время войны школьником усиленно работал в колхозе, помогая фронту и семье: матери, трем сестрам и брату. Потерял два года учебы в школе. Отец был на фронте.

            4 класса окончил в своем селе. В 5-7 классы ходил каждый день в село Каменка, что в шести километрах от Обвала. В 8-10 классы ходил в районный центр Белинский, что в тридцати километрах от Обвала. Никакого транспорта туда не было. Из его ровесников, желающих учиться так далеко, не нашлось. Ходил один в любую погоду. На всем пути в тридцать километров, ни одного жилья. Несколько раз встречались волки, но не нападали. Но один раз так преградили дорогу, что не обойти, кругом дороги – сугробы. С полпути вернулся домой. Но ходил не каждый день. В Белинском снимал угол за печкой, а в воскресенье ходил домой за картошкой для еды.

            После окончания десятилетки поступил в Пензенский индустриальный институт. После его окончания был направлен в 1953 г. на работу в Ленинград. В Ленинграде окончил аспирантуру и всю свою жизнь посвятил науке. В области «Электроприборы космических кораблей» и других областях имеет 100 научных письменных трудов и 49 изобретений. Имеет звание «Лучший изобретатель Ленинграда и Ленинградской области».

            Очень добрый, хороший человек, патриот своей Родины. Хороший семьянин. У нас 2 сына, 2 внука и правнучка. Мы были в браке 59 лет и 2 месяца. Хотели отпраздновать бриллиантовую свадьбу. Не получилось.

После смерти мужа я написала стихотворение о его жизни.

 Ты был! Ты будешь! И ты есть!

 Жизнь твоя была прекрасна.

Но не тем, что ты так жил.

Прожил жизнь ты не напрасно,

Семье и Миру ты служил.

 Твоя семья, гордясь тобою,

Запомнит все твои дела.

Работал ты не только в поле,

В науке ты вершил дела.

 В годы войны, еще подростком,

Как лошадь, тачку ты возил.

Волков встречал на перекрестках,

Но в школу все-таки ходил.

 За 30 верст, в пургу и дождь,

Ходил в Белинский ты учиться,

Ни одного жилья в пути,

Дорогой все могло случиться.

 С тобою более полвека

Мы жили честно, не спеша.

Такого доброго, родного человека

Я не забуду никогда.

 И, если было что не так,

Забудь, прости и будь со мною,

Подарки делать ты мастак,

Мне хорошо жилось с тобою.

 И на земле, и в море, небе,

Твои научные труды.

Вместо того, чтоб думать о себе бы,

Ты мира осуществлял мечты.

 Ты есть! И Мир тобой доволен

И не забудет никогда.

Не по своей, по Божьей воле

Ты нас оставил навсегда.

 Нет! Не оставил! Не оставил!

Всегда ты будешь с нами, здесь!

Хоть нету в Мире таких правил,

Ты был! Ты будешь! И ты есть!

Твоя жена,

 Уткина Мария-Мариэта Эровна



ЖИВОЙ ПАМЯТНИК

В один из августовских дней 2010 года, мне было предложено съездить на экскурсию, в бывшую усадьбу князя Оболенского, а также выяснить судьбу воинского захоронения, находящегося на местном кладбище. Александр Играев, бывший моим гидом, с большим увлечением показывал объекты усадьбы и рассказывал о судьбе каждого из них.

 Но нельзя было без сожаления смотреть на это, в каком состоянии они находились в настоящее время - свидетели нашей истории. Усадьба могла бы быть жемчужиной не только Козельского района, но и Калужской области, так как их осталось считанные единицы. В своё время, её посещали многие именитые гости .К князю, приезжал П.И.Чайковский, с которым он любил поиграть на фортепиано в четыре руки. Не чужими были здесь и братья Антон и Дмитрий Рубинштейны и многие другие знаменитости, так как князь Оболенский был не только гостеприимным хозяином, но и образованнейшим человеком.

Продолжая экскурсию, мы зашли на местное кладбище, где среди могил местных жителей, возвышался памятник воинам, погибших в годы Великой Отечественной войны. Нужно добавить, что я, как поисковик, интересуюсь воинскими захоронениями на территории Козельского района. В Книге Памяти Калужской области по Козельскому району, к сожалению, показаны не все воинские захоронения и наш Козельский поисковый отряд «ГВАРДЕЕЦ» (командир отряда В.И.Матросов) проводит поисковые мероприятия по выявлению братских и одиночных могил.

Поговорив с местными жителями, было установлено, что воинов с этой братской могилы перенесли в г. Козельск. После этого, мы сели в машину и выехали из усадьбы, но Александр повернул не в сторону Козельска, а к стекольному заводу. Проехав с полкилометра, мы остановились на обочине, возле сосны. Эта сосна была единственным деревом, росшим возле дороги.

Раньше, проезжая мимо, как-то не обращал внимания на неё, а сейчас, приглядевшись, понял, что у этого дерева какая-то необычная судьба. Сосна стояла прямо возле асфальта и была изогнута на уровне человеческого роста, наклонившись на дорогу. Крона у неё была разлапистая, как будто хотела своими ветвями защитить кого-то от летнего зноя. На мой вопрос - зачем мы здесь остановились? - Александр ответил также вопросом: а хочешь я тебе расскажу про эту сосну? Кивнув утвердительно, я понял, что сейчас последует что-то интересное. При этом, хочу заметить, что люблю собирать интересные факты и события, особенно, если это касается истории нашего Козельского края. Слабый ветер лениво перебирал кончики хвойных ветвей сосны, как будто, прислушиваясь к рассказу моего собеседника. И я не ошибся, рассказ действительно оказался необычным.

Напротив дерева был дом, в котором жила семья Александра, где прошло его детство и юность. В конце декабря 1941 года был освобождён г. Козельск и основная часть района. С января 1942 г. и по август 1943 г., наша территория стала прифронтовой. Через железнодорожные станции Козельского района, на фронт, который находился буквально в нескольких десятках километров, начали прибывать части и соединения Красной Армии. Прибывающие войска и техника, старались быстро разгрузиться и убыть к местам сосредоточения. Немецко-фашистские войска, после позорного поражения под Москвой, решили взять реванш и не дать нашим войскам закрепиться на достигнутых рубежах. Нужно отметить, что немецкая авиация почти безраздельно господствовала в воздухе. Не было ни одного дня, чтобы район не подвергался бомбардировкам. Доходило до того, что немецкие лётчики, гонялись буквально за каждым человеком. Особенно ожесточённые бомбардировки проводились перед и во время проведения немецкой наступательной операции «Смерч» (11 - 19 августа 1942 года) и Козельской наступательной операции (22 августа - 3 сентября 1942 года). Хотя в сводках Информбюро, это были бои местного значения. Были потери и среди жителей п. Стекольный завод.

Продолжая свой рассказ, Александр заметно волновался, и я видел, как менялось выражение его лица: оно становилось каким-то вдохновенным и одновременно серьёзным. Сделав паузу, он обвёл взглядом родные места и медленно продолжил рассказ, обдумывая каждое слово, пропуская его через своё сердце, потому что, это было связано с ПАМЯТЬЮ.

В один из летних дней 1942 г., был очередной налёт немецкой авиации на посёлок. Через дорогу от сосны, в лесу, стояла воинская часть. И солдаты, спасаясь от разрывов бомб, прятались кто куда. Один из них, к сожалению, история не сохранила его имени, стал возле сосны и прижался к ней – наверное, попросил её защитить его. От разрывов бомб вздрагивала земля - было очень страшно. Одна из них, взорвалась между домом и сосной. Прабабушка Александра - Анна, видела, как осколок бомбы, буквально пригвоздил солдата к дереву. Смерть наступила мгновенно. Женщина испытала настоящий шок. У неё на глазах погиб молодой русский солдат, который не успел повоевать, даже ещё и не пожил. В горле перехватило, а по щекам потекли слёзы. Хотелось кричать, а сил не было. О себе не думалось, хотя одновременно с тем осколком, в окно дома влетел и другой, который буквально в пяти сантиметрах пролетел над головой и ударился в печь. А за печкой, пряталась почти вся семья Играевых, в том числе и бабушка Александра - Дарья Афанасьевна, муж которой, в этом же году, погиб в Кировском районе.

Услышав, что бомбёжка прекратилась, они выбежали из дома и начали звать людей на помощь, чтобы снять солдата с дерева. Сила удара осколка была такая, что он рассёк кору дерева и глубоко вошёл в древесину, при этом, ствол дерева сильно согнулся. Подошедшие после налёта люди, помогли снять солдата и положить его на землю. А осколок пришлось долго выбивать из сосны и её ствол, орошённый человеческой кровью, долго ещё стоял в глазах матери и дочери. И здесь они дали себе слово, что после войны, обязательно постараются сохранить дерево. А дерево, хоть и ранено было, постепенно приходило в себя - ведь жизнь берёт своё, да и за солдата нужно пожить, чтобы напоминать людям о той страшной войне.

Сосна не выросла высокой, как её сверстницы. Постепенно рубцевалась рана и изгиб становился всё меньше, но до конца выровняться она так и не смогла. Война, война, что же ты наделала? Забрала десятки миллионов наших граждан - лучших граждан. Забрала целыми родами. Генетически записалась в душу нашего народа. Женщины сдержали своё слово. После войны, нашим «друзьям» захотелось опять проверить нашу обороноспособность. Появилось ракетно-ядерное оружие. И Козельский край встал на передовую, по защите нашей Родины. В районе была размещена дивизия Ракетных Войск Стратегического Назначения.

Вначале 60-х, мимо сосны проложили хорошую дорогу, которая понадобилась для передвижения могучей техники. По всем нормативам, от дороги на несколько метров, не должно быть никакой растительности. Военные строители хотели эту сосну спилить, но Дарья Афанасьевна, узнав об этом, пошла в военкомат, а затем и к командованию военных строителей и, о чудо, удалось отстоять сосну.

На этом Александр свой рассказ завершил. И было видно, что он гордится поступком своих предков - прабабушки Анны и бабушки Дарьи Афанасьевны.

И стоит теперь эта сосна до сих пор, правда увешанная рекламными табличками и людям невдомёк, что это памятник не только войне и погибшему солдату, но и человеческому неравнодушию. Проезжая на автомобиле по дороге мимо сосны, многие водители ругаются на ямы в асфальте. А я думаю, что Бог дал эти ямы, чтобы люди специально снижали скорость и хотя бы неосознанно отдавали долг памяти прошедшей войне, погибшему на ней солдату и простым русским женщинам, эту память сохранившую.

Хотелось, чтобы администрация посёлка Стекольный завод, запретила вешать рекламу на этом дереве, а вывесила свою памятную табличку и огородила этот ЖИВОЙ ПАМЯТНИК, а местным жителям хоть иногда, приносить сюда цветы. Учителям же, постараться проводить уроки мужества со своими учениками и рассказывать о событиях той страшной войны, чтобы они помнили и передавали своим детям.

Игорь Долженков, участник Козельского поискового отряда «ГВАРДЕЕЦ»



***

О, Родина! О, Мать! О, Богоматерь!

Восстань из недр России, из глубин!

К тебе мы обращаемся всем миром

С молитвой от всех своих народов.

Ты помнишь все: и реки слез и крови,

Миллионы павших на фронтах,

И все бесчисленные беды,

И наши трудные победы,

И всех героев в прожитых веках.

Ты знаешь праведных своих,

Их дух навеки будет с нами,

Ты ведала предательства иных,

Что канули во мраке.

Мы все в долгу перед Тобой безмерно,

Не дай нам умереть без покаянья.

Ты можешь все, что никто не может.

Останови бессмысленные войны,

Спаси и сохрани своих детей.

Дай кров бездомным, сиротам и старым.

очисти нас от суеты и скверны,

От алкоголя, наркоты и СПИДа,

От дикости и пагубы вселенной.

Верни Державе благодать и честь.

Укрой страну своим Святым Покровом,

И освети ей путь в грядущие века…

 

***

Если в доме тепло и тепло на душе,

И невзгоды неслышно проносятся мимо,

Пусть морщины на лбу и седины уже –

Мы от юности неотделимы.

Если радости мир улыбнется вокруг,

А угрозы пройдут мимо цели,

Если утро нам друг и бессонница - друг,

Значит, мы еще не постарели.

А когда твой порог переступит беда,

Если хворь тебя схватит за горло,

Мину боли отбрось, улыбнись, как всегда,

Уходить полагается гордо.

Ну а коли беда повернет и умчит,

Будто ночь с наступленьем рассвета,

Снова сердце твое, поворчав, застучит,

Значит, песня еще не допета.

Я прошу тебя, сердце, не надо спешить!

Если больно и словом задето.

Ах, как хочется жизнь, точно песню прожить,

И уйти, не окончив куплета.

Оборвется куплет, но продолжит слова

Кто-то голосом тихим и тонким…

Это значит, что песня осталась жива

И ее продолжают потомки.

Вновь она зазвучит от села до села,

Пусть мелодии будут иные…

Это Ваши дела, лишь бы песня жила:

Бесконечная песня России.

Стихи авторства Ирины Людвиговны Кнаут



Старший врач стрелкового полка

Товарищ мой, спроси фронтовика-

Кто с нами был и в роте и во взводе?

И он ответит – старший врач полка.

Он рядом был и в битвах и в походе.

Любовь он и заботу проявлял

О нас, одетых в серые шинели,

И раненых от смерти он с пасал

Под грозный свист снарядов и шрапнели!

Шел жаркий бой, «иди спаси бойца,

Что раненым лежит на поле боя!»

Таким приказам не было конца.

И он спасал их, сил своих утроя.

Не дрогнув пред атаками врага,

Стояли мы в активной обороне,

А рядом был, опять-же врач полка,

И БМП в стрелковом батальоне.

Все верили в солдатского врача,

и был авторитет его бесспорен.

Он не спешил, и не рубил с плеча

и в обстановке трудной был спокоен.

Товарищ мой, спроси фронтовика-

Кто с нами был и в роте и во взводе?

И он ответит – старший врач полка.

Он рядом был и в битвах и в походе.

И вот сегодня сорок лет спустя

после разгрома орд садистских

мы очень счастливы, но счастливы грустя

О полевом враче, что пал от пуль фашистских.

И празднуя победы торжество

Мы вспоминаем подвиги и беды

И никогда мы не забудем никого

Кто жизнь отдал за счастье, для ПОБЕДЫ!

 

Девушка в шинели!

Шел сорок третий год суровый.

Второй кончался год войны.

Демьянск, пожаров вид багровый,

След разрушения страны!

И, помню, в кузове машины,

С горючей смесью бочек ряд,

На них, прижавшись у кабины

приехал врач в эпид.отряд.

А врач тот-девушка в шинели,

Легко с машины соскочив,

так, что помочь ей не успели,

Пошла, вещички захватив.

Явилась в срок, по назначенью.

Пришла к начальству на доклад.

Хоть с перепачканной шинелью,

Зато по форме, как солдат.

Потом мы встретились в столовой

Я предложил ей доппаек

И в обстановке той, суровой

Мне ясный выдался денек.

Подумать мы в тот день не смели,

Что скоро кончится война,

И станет девушка в шинели

Мой друг, товарищ и жена!

 

Стихи авторства Любинского Михаила Семеновича,

 полковника мед. службы



            Блокадным дням. Интервью внучатой племяннице

Говорит мне Сашенька, внучка моя второклассница:

 -       Бабушка, я хочу взять у тебя интервью.

 -       Бери, - отвечаю.

 -       Скажи, пожалуйста, сколько тебе было лет, когда началась блокада?

 -     Когда началась война, мне только-только исполнилось полтора года, а твой родной дедушка Лёва был ещё в роддоме, он родился за пять дней до начала войны. Наш папа, твой прадедушка Аркадий Герасимович Герасимов, всего одну ночь перед уходом на фронт укачивал своего сына. Погиб он 9 октября 1944 года в бою, освобождая Латвию, его могила в городе Иецава на братском кладбище, я нашла её в 1977 году. Сейчас я стараюсь думать, что захоронение советских солдат также хорошо ухожено, как и тогда.

 К началу блокады мне не исполнилось и двух лет.

 Выехать из города мы не смогли, возможно, к лучшему, потому что поезд, на котором мы должны были отправиться в Алма-Ату, немцы разбомбили и он не пришел в Казахстан. Мамина сестра тётя Манечка - жена офицера-пограничника, служившего в Средней Азии, не дождалась нас и очень переживала до получения известия о том, что мы живы.

 Всю блокаду нам пришлось перенести в Ленинграде. Мы жили на Красной (Галерной) улице, около завода «Судомех», а это место часто бомбили вражеские самолёты. В нашей коммунальной квартире все держались друг за друга, помогали, и поэтому никто не умер от холода и голода. Но твой прапрадедушка Герасим, который жил на Фонтанке и при первой возможности добирался до нас, внуков и своей снохи, чтобы своим пайком поддержать нашу маму, умер в декабре 41-го и похоронен на Пискарёвском кладбище.

 Твоя прабабушка Анастасия Ивановна в первые месяцы блокады была донором - отдавала часть своего молока в детскую консультацию. Однажды, возвращаясь домой от Никольского Собора, вблизи которого был расположен донорский пункт, она захотела отдохнуть на скамейке на площади Труда, но пересилила себя и пошла дальше. Ещё не успела завернуть за угол, как началась бомбёжка, и та скамейка, мимо которой она прошла, перестала существовать.

 Прабабушка твоя работала при доме, так как нас, малюток, нельзя было оставлять без присмотра надолго, а все остальные соседи, в основном женщины, работали на заводах и фабриках. Прабабушка твоя никогда не теряла самообладания и часто даже в тяжелых ситуациях сохраняла чувство юмора. Как-то раз пришлось ей с домоуправом тётей Пашей лезть на крышу, чтобы сбрасывать снег, а высоты она очень боялась. Обвязанная верёвкой, на четвереньках она передвигалась по крыше за шагавшей на своих двоих напарницей и вдруг сказала: «Сейчас увидят нас и решат, что тётя Паша на крыше выгуливает свою собаку». Смех помог моей маме пересилить страх и вдвоём они справились с обязательным в то время делом. Были другие уж очень страшные моменты, когда маме удавалось избежать неминуемой смерти, детишкам пока рано рассказывать об этих ужасах, и только мысль, что дома ждут беззащитные дети, придавала ей сил. Можно считать, что мама осталась жива, потому что были мы, а мы - оттого, что у нас была такая мама. Так что своим появлением на свет ты, моя дорогая внученька, обязана мужеству и стойкости и, конечно, материнской любви прабабушки Таси. Жаль, что ни твой дедушка*, ни прабабушка не дожили, чтобы порадоваться на такую хорошую девочку. Какой у тебя следующий вопрос?

 -     Какие воспоминания у тебя о том времени?

 -     Я была слишком мала, чтобы ясно помнить начало войны. Самое раннее относится к апрелю 1942 года (мне было два года и четыре месяца), перед тем, как бомба попала в нашу комнату. Я только помню, как мы сидели в простенке (в пространстве между окнами), прижавшись к маме, мне стало страшно, мама сняла с кровати ватник, накрыла нас, но я ещё громче заорала. В моей памяти только эта картинка, говорят, я просилась в бомбоубежище, а маме уже было трудно ходить, но ей пришлось уступить мне. Мы спустились только на один марш лестницы, когда разорвалась бомба. Нас всё- таки засыпало кусками штукатурки, и твой дедушка получил контузию, долго заикался, когда смог говорить, но мы остались живы. Нас на время переселили в другой дом рядом, об этом есть запись в домовой книге, поэтому я точно знаю, когда случился этот эпизод.

 Потом, когда уже прорвали блокаду, я помню к Новому Году, наверное, к 1945-му, нам, единственным из большого дома оставшимся в живых детям, соседи по дому приносили ёлочные игрушки и украшения. Ёлки я не помню наряженной, наверное, она была, зачем же дарили игрушки? Я только помню, как мы с братом их перебирали, у меня некоторые из них сохранились. Очень хорошо помню все обстоятельства в момент, когда пришло известие о гибели папы. Было много народу, мама тяжело опустилась на табурет, она не плакала, была гнетущая тишина. Мы с братом потом, сидя друг против друга у стола и глядя на горящую электрическую лампочку, тогда, видимо, нам казавшуюся чудом после света коптилки, умоляли Бога вернуть нам папу.

 -      Бабушка, а бывало ли тебе в то время когда-нибудь страшно ещё?

 -     Да. деточка, наверняка бывало, но этот страх спрятался где-то в глубине моего сознания, а я помню только курьёзный случай, когда я испугалась людей в противогазах, подумав, что это фрицы, ведь их в газетах и листовках рисовали не похожими на нормальных людей. Я схватила твоего дедушку в охапку вместе с санками (опять-таки это было скорей всего после прорыва блокады в 1943 году или сразу же после окончательного снятия в 1944 году, я тогда о годах не думала).

 -       Бабушка, а ты писала стихи о блокаде?

 -       Я мало пишу об этом, есть только четыре стихотворения, посвященных тому страшному времени. Воспоминания эти почему-то бередят душу, и я даже начинаю плакать.

 Видно всё, что было с нами, остаётся при нас и отражается на нашем состоянии.

 -       Спасибо, бабушка за твой рассказ, не плачь, дай я тебя поцелую.

 Интервью брала Александра Мицкевич 18 января 2005 г.

 (62 годовщина прорыва и частичного снятия блокады)

 P.S. Да, было о чём умолчать...

 Мама моя чудом спаслась от каннибала... Внучке своей восьмилетней я не рискнула рассказать этот ужаснейший случай. Маму, опухшую от голода, заманило это очумевшее чудовище, пообещав дешёвых дров. Когда мама зашла на кухню его квартиры, она обратила внимание на выскобленный пол, отсутствие дров и топор под столом, вдобавок, из двери комнаты высунулся мальчик и воскликнул: "Папа, ты опять?!" А уже ходили слухи... Как нашла силы мама убежать от него, она сама не поняла. И была в таком состоянии, что напрочь забыла где была, и уже не могла бы найти снова эту квартиру... Так-то. А на рынках тоже продавали человечину, и наша соседка нечаянно купила или обменяла на что-то часть живота с пупком. Конечно, избавилась от этого приобретения, но страх и воспоминание остались у всей нашей коммуны на всю оставшуюся жизнь.

 

Память

Была война,горела высь над полем

и солнце в страхе пряталось за мглой,

земля питалась человечьим горем,

сыны Отчизны поднялись на бой.

О тех, кто пал за нас мы помнить будем!

Забыть - предательства нет в мире злей!

Своих потомков призываю:

            Люди! Постройте в каждом сердце

              Мавзолей!

 

МОЯ ПАМЯТЬ О ВОЙНЕ

Забудет ребёнок за малостью лет

блокадные голод и холод,

но врежется в память из множества бед

особенно острый осколок.

Бомбёжку я помню, животный мой страх,

“Вубежку!” - кричу я в тревоге.

А мама с ребёнком грудным на руках,

у мамы опухшие ноги...

Заставила маму спастись от беды!

На лестницу выйти успели...

А в комнате нашей остались следы

от взрыва немецкой шрапнели.

Мне в сорок четвёртом исполнилось пять,

и... нам принесли похоронку.

Понятия Смерть невозможно принять

и взрослому, где уж - ребенку!

Мы с братом просили: “Бог, папу верни!”

Сводили нас в церковь соседи,

крестили в Никольском

и с нами они молились о скорой победе.

Младенческий разум не понял всех бед,

другой расплатилась ценою:

природа мне жизнь сохранила,

но нет ни сына, ни дочки со мною...

 

РАССКАЗ О ПОГРЕМУШКЕ

Хранится игрушка, как символ спасенья...

Во времена довоенного рая была погремушка моя – загляденье!

- Все были в восторге от попугая.

Меня забавлял он, большой и тяжёлый,

когда я глядела на мир из пелёнок, он красками яркими,

треском весёлым отпугивал плач, возникавший спросонок.

Братишке игрушка досталась в наследство,

когда загремела войны канонада.

Под стук метронома отправилось детство

по долгим годам ленинградской блокады.

Тяжёлая птица лежала в кровати,

не грея ребёнка своим опереньем,

она не просила еды, но некстати

будило братишку трескучее пенье.

Голодная мама, голодные дети...

-     Чем, попка-дурак, ты грохочешь?

Со вздохом

раскрывшийся клюв попугая ответил: -ГОРОХОМ...

 

Ленинградцам - блокадникам

Ленинградцы, милые, родные!

Постарайтесь боль преодолеть

И найдите силы. Вы - святые!

Надо людям душу отогреть!

Несмотря на горечь и досаду,

Груз обид на жизненном пути,

Вас, познавших ужасы блокады,

Умоляю к людям снизойти!

Верою, надеждою, терпеньем.

Поднимая совести ростки,

Помогите новым поколеньям

В единенье силу обрести!

Я прошу вас: - Слабым помогите!

Все, кто помнит тяжкий вес креста,

Опытом страданья подтвердите:

Мир спасёт святая доброта!

Татьяна КУВШИНОВСКАЯ